Эксклюзив
02 декабря 2008
6021

Сергей Тимофеев: Силуэты экономической системы будущего

В условиях бушующего мирового кризиса, представляется важным и крайне интересным задуматься о тех формах хозяйственной организации общества, которые придут на смену нынешним.
Это сложно.
Но когда и кого это останавливало?

Судьбы плановой экономики.
В настоящее время мы являемся свидетелями возросшего интереса к проблеме государственного планирования. При этом постоянно создается ощущение того, что существующие "мягкие" формы экономического регулирования, применяемые государственными органами во многих странах мира, являются недостаточными.
Реставрация тоталитаризма в хозяйственной сфере России, это, казалось бы, немыслимое явление в стране, пережившей семидесятилетний кошмар физического, нравственного и интеллектуального самоуничтожения, становится возможной потому, что Россия, отторгнув коммунизм по форме, не отринула его по существу.
В свое время В. Ленин сетовал на то, что беды Советской России проистекают из-за недостаточного развития капитализма в России. Сегодня ситуация повторяется "с точностью до наоборот". Коммунизм в России отступил, не дойдя до своего логического катастрофического конца. Конец этот должен был иметь чисто экономическую природу, но этого, к нашему общему счастью, не произошло. Страну удалось сохранить и отвести от края пропасти голода и хаоса, но именно поэтому идеи реставрации тоталитарной "экономики" живы и будут тиражироваться.
Даже авторы, доказывающие принципиальную неэффективность хозяйственных систем с централизованным планированием, иногда связывают это с ограниченностью технических возможностей человечества. "То время, которое потребуется для составления программ расчетов..., внесения данных, а также преобразования и использования результатов расчетов в масштабах экономики, насчитывающей десятки миллионов потребляющих и производящих единиц и миллионы различных благ, окажется за пределами всех человеческих и технических возможностей" - писал лауреат Нобелевской премии по экономике Морис Алле .
Понимание коренных, принципиально не устранимых при помощи компьютеров любого быстродействия, пороков централизованного директивного планирования, не вошло в обыденное сознание, не стало "общим местом" экономических дискуссий до настоящего времени. Поэтому рецидивы возможны.
Реаниматоры директивного планового управления, естественно, не могут игнорировать опыт СССР. Они ведут речь о "мягком" планировании.
Но это никого не может вводить в заблуждение.
"Мягкой" формой дело не ограничится. Стоит лишь начать. Ведь если план не директивный, то это - прогноз, как это имеет место сейчас. А если план директивный, и за его невыполнение следует наказание (форма наказания не имеет значения), то результат предсказуем - произойдет возрождение централизованной директивной хозяйственной системы со всеми ее атрибутами: дефицитом и неликвидами.
С другой стороны, невозможно отрицать того, что в современном мировом хозяйстве происходит постоянное усложнение связей, отражающихся в росте системных рисков. Это накладывает дополнительные условия на (и без того сложные) отношения государства и бизнеса.
Связка "государство и бизнес" - это всегда в той или иной степени отношения пастуха и стада. Пастух уверен, что он знает технологию увеличения веса и надоев, но это совсем не значит, что каждая буренка мечтает нагулять самую большую массу и отдать максимум молока до того, как её повезут на живодерню.
Возникающие при этом противоречия разрешаются чаще с помощью кнута, чем пряника.
Бизнес постоянно тестирует власть на прочность её позиций в экономической сфере. Власть же, в свою очередь, жесточайшим образом карает за никогда непрекращающиеся попытки реализовать частный интерес за ее счет.
Бизнес стремится к неограниченной свободе. Но уровень допустимой свободы подразумевает соответствующую меру ответственности. Ответственность свободного предпринимателя относительна. Она распространяется только на текущие результаты его деятельности. И отдельный предприниматель, и крупная корпорация не несут во всем объёме риски, связанные с отдаленными и косвенными последствиями их коммерческой деятельности. Негативные явления, порождаемые нерегламентированной конкурентной борьбой, могут, например, распространяться на всех членов общества, включая и тех, кто не имеет к этому никакого прямого отношения. Именно эти обстоятельства дают обществу моральное право на введение через его властные органы регламентации, не только побуждая, но и прямо ограничивая хозяйствующих субъектов при выборе вариантов их экономического поведения.
Но государственные регламенты в хозяйственной сфере - это щит.
Есть и противостоящий ему меч.
Человек, в отличие от рыбы, ищет, где лучше. А предпринимателю (при прочих равных) лучше там, где внешнее регламентирование его деятельности минимально. Именно с этим связано формирование мощного стимула к выходу, в первую очередь крупнейших корпораций, за пределы действия национальных правовых норм, жестко ограничивающих степень свободы их хозяйственной деятельности.
Либеральная идея стремится к самосохранению путем глобализации. Стремление выйти из-под общественного контроля, не успевающего за скоростью расширения возможностей и создания нового финансового инструментария для извлечения коммерческого дохода, является одним из существенных стимулов к глобализации.
Мера ответственности международных корпораций должна соответствовать уровню их потенциального влияния на процессы, происходящие в мире. Естественное развитие интернациональных экономических связей и массовый выход хозяйствующих субъектов за границы государственных законодательных регламентов, сопровождается формированием международным сообществом юридической базы мирового экономического порядка. Именно эту задачу в своей, пока еще локальной, области решают органы управления Европейским Союзом посредством своих многочисленных директив.
Существует еще одна тенденция, окончательная реализация которой может способствовать формированию глобальной хозяйственной системы с внеэкономическим целеполаганием. Эта тенденция основывается на естественном стремлении любого хозяйственного образования в любых условиях, в том числе и в условиях рынка, перейти в состояние мягкого финансового ограничения. Комфортность мягкой формы финансового ограничения при этом хотелось бы сочетать с сохранением всех внешних атрибутов рынка. Именно в этом направлении устремляются монополии, пытающиеся вывести процесс формирования цен на свои продукты из-под определяющего влияния рынка. И остановить их в этом движении, как показывает практика, можно только силой административного запрета, принявшего во всех развитых странах форму антимонопольного законодательства.
В данном случае вектор устремления монополий направлен на достижение недостижимого: мягкого финансового ограничения в условиях отсутствия директивного плана, поскольку глобальное внеэкономическое целеполагание не совместимо с рыночными реалиями. Объективно монополии формируют условия для перерождения рыночной экономики в директивную хозяйственную систему.
Для того, чтобы оценить возможные варианты развития новых форм хозяйствования в будущем, следует исходить из следующих важных положений.
Первое. Современные рыночные формы хозяйствования являются результатом, к которому человечество пришло путем длительного процесса эволюции, и поэтому считать их окончательными или конечными, вечными и не подлежащими изменениям неправомерно. Трудно согласиться с тем, что современный рынок - это конечная точка процесса развития хозяйственной системы человечества.
Второе. Несмотря на все очевидные издержки, процесс централизации и концентрации, принимающий в настоящее время свою высшую форму - глобализацию, остановить невозможно. Объективно в рамках этого процесса формируются условия постоянного расширения ареала внеэкономического целеполагания, поскольку именно такая форма целеполагания единственно приемлема для подразделений, находящихся в рамках единой собственности постоянно множащихся и разрастающихся мега-корпораций.
Таким образом, если попытаться мысленно выстроить, спрогнозировать хозяйственную модель, которая сформируется на основе развития тенденций, характерных для эволюции современного рынка, то можно предположить, что в ней будет реализован высший уровень глобализации мировой хозяйственной системы. Результатом движения в этом направлении станет окончательное разрушение базовых представлений о собственности, в основе которых лежит примат её частной формы. Человечество в своем экономическом развитии с неизбежностью устремляется к более высоким уровням обобществления.
Следует признать, что мир движется в направлении создания глобальной хозяйственной системы с внеэкономическим целеполаганием. Конечно, существующие тенденции не приведут нас к формированию ремейка СССР во всемирном масштабе, но и сегодняшней хозяйственной вольницы в будущем, скорее всего, не будет.
В процессе перехода к высшим формам глобализации предстоит решить бесчисленное множество сложнейших экономических проблем.
Но человечество и так постоянно решает их или им подобные. Очень интересно узнать, к чему это приведёт.

Резервы для будущего.
Можно предполагать, что развитие хозяйственной системы будущего в условиях глобализации потребует введения более высокого уровня жесткости финансового ограничения, накладываемого на всех входящих в неё хозяйствующих субъектов.
Анализ процесса эволюции форм хозяйствования созданных человечеством, показывает, что в нем проявляется тенденция к переходу от изначально мягкой формы финансового ограничения к все более жестким его формам. Степень жесткости финансового ограничения, накладываемого на отдельные хозяйствующие субъекты, является важнейшим фактором повышения уровня "живучести" всей глобальной хозяйственной системы, в рамках которой они функционируют.
В первом приближении степень жесткости финансового ограничения определяется предоставляемой хозяйствующему субъекту хозяйственной средой степенью свободы влияния на процесс формирования прибыли, описываемый формулой (1).

P = G - C (1), где:

P - прибыль от реализации единицы продукции;
G - цена единицы продукции;
C - полная себестоимость единицы продукции.

Мягкость финансового ограничения формируется теми обстоятельствами, что,
во-первых, наличие прибыли (P > 0) не является решающим критерием оценки жизнеспособности хозяйственного образования, и,
во-вторых, изменение себестоимости (C) имеет связанную и однонаправленную динамику с изменением цены (G).
Второе обстоятельство сводится к тому, что прирост прибыли (P > 0) может являться не только следствием снижения издержек (C < 0), но и происходить в результате роста административно устанавливаемой цены, рассчитываемой по достигнутому уровню затрат на производство изделия: (G = F(C)). То есть при мягком финансовом ограничении рост прибыли (P) может являться и, как правило, является следствием роста цены (G).
При жестком финансовом ограничении, в той форме, которая реализуется в современной рыночной экономике, действует условие (G F(C)), то есть цена объективна и определяется рынком. Однако и в рыночных условиях производитель (продавец) имеет определенную возможность влиять на уровень цены своего товара. Это касается не только случаев "ценового сговора", но и более распространенной практики перманентного тестирования рынка на принятие повышенной цены товара. Усилия (и затраты) продавца-производителя товара направлены одновременно и на совершенствование технологии для снижения издержек, и на побуждение рынка к принятию более высокой цены (реклама, упаковка и т.п.). Финансовое ограничение в ситуации реального рынка сегодняшнего дня является жестким лишь относительно.
Повышение степени жесткости финансового ограничения в перспективе, возможно, произойдет путем полного исключения влияния производителя-продавца на уровень цены. Это может произойти только в условиях максимального расширения зоны действия трансфертных цен.
Естественно, что трансфертные цены могут действовать и действуют только в рамках единой собственности. Перемещение продукта по технологической цепи без смены владельца осуществляется по ценам передачи, учитывающим только издержки на его производство. При этом создаются условия для реализации наиболее высокой степени жесткости финансового ограничения: вклад любого передела в рост прибыли, реализуемой в процессе рыночной реализации конечного изделия, детерминирован исключительно снижением издержек.
С использованием компонентов формулы (1), это условие формализуется следующим образом:

(P) = (C). (2)

Такая степень жесткости финансового ограничения сегодня представляется максимально возможной.
В переходе от (1) к (2) и есть резерв для развития хозяйственно-экономической системы будущего.




1 Моррис Алле. Условия эффективности в экономике. М., Научно-издательский центр "Наука для общества", 1998. С.124-125.


02.12.2008
www.viperson.ru
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован