В новой системе координат "Обеспечение стратегической стабильности в прошлом и настоящем: теоретические и прикладные вопросы", автор Кокошин А.А.

 

"Сегодня, когда вырисовываются перспективы новых российско-американских договоренностей в области ограничения и сокращения вооружений, нераспространения оружия массового уничтожения и средств его доставки, необходимо вспомнить об основных принципах обеспечения стратегической стабильности", - так начинает свою новую книгу академик РАН А.А. Кокошин. Эта проблематика действительно чрезвычайно актуальна в наши дни, когда общая устойчивость глобальной "суперсистемы" политико-военного и военно-стратегического равновесия вызывает беспокойство экспертов, в том числе в связи с продолжающимся мировым финансово-экономическим кризисом.

Кроме того, после распада СССР, как знают специалисты, рассмотрение проблем стратегической стабильности постепенно ушло в тень. И с данной точки зрения новое исследование известного ученого и общественно-политического деятеля по этой проблематике также весьма своевременно, тем более что в нашей стране основные положения теории стратегической стабильности были сформулированы в 1980-е годы прежде всего академиком Кокошиным.

Достоинство этой книги и в том, что автор не только талантливый теоретик, но и опытный практик в сфере обеспечения национальной безопасности. Находясь в 1990-е годы на постах первого заместителя министра обороны РФ, государственного военного инспектора - секретаря Совета обороны, а затем секретаря Совета Безопасности РФ, Кокошин внес большой вклад в развитие многих отечественных систем вооружения, включая стратегические ядерные.

Мало кто сегодня знает, что в первой половине 1990-х годов, очень трудных для России во многих отношениях, первый заместитель министра обороны А. Кокошин заложил программу развития отечественной электроники специального и двойного назначения, способствовавшую сохранению обороноспособности РФ. По этой программе, в частности, был создан высокопроизводительный микропроцессор "Эльбрус-3М" оригинальной российской архитектуры. Вместе с тогдашним начальником Генерального штаба генералом армии Михаилом Петровичем Колесниковым он, проявляя гражданское мужество, выступил против тех положений проекта российско-американского Договора СНВ-2, которые противоречили интересам безопасности России. Можно напомнить и о том, что Кокошин противостоял в прошлом десятилетии попыткам превратить российскую стратегическую "триаду" в "монаду", оставив в составе Стратегических ядерных сил (СЯС) только их наземный компонент.

Разумеется, в своем новом исследовании автор не смог охватить весь круг вопросов, связанных с этой очень сложной темой, и сконцентрировал свои усилия на тех аспектах, которые требуют первостепенного внимания в современных условиях.

Примечательно, что в самом начале книги ученый обозначает свою позицию относительно возможных упреков в том, что принцип стратегической стабильности, основанный на взаимном ядерном сдерживании, предполагает конфронтационный подход, который-де тормозит развитие политических отношений России с США. Он подчеркивает, что высшими интересами безопасности РФ нельзя жертвовать даже ради самых хороших политических отношений с США.

Вместе с тем он признает, что в критике традиционной формулы стратегической стабильности есть рациональное зерно. В нынешней политико-военной ситуации на основе "диадных" принципов обеспечения стратегической стабильности трудно привлечь другие ядерные державы к процессу ограничения и сокращения ядерных вооружений. Этой проблеме в книге уделяется немалое внимание. Академик Кокошин, надо отметить, является автором оригинальных разработок, касающихся обеспечения стратегической стабильности применительно к различным "многоугольным" конфигурациям, включающим несколько ядерных держав.

Злободневным представляется утверждение автора книги о том, что высокий уровень стратегической стабильности снижает уровень неопределенности в отношениях между ядерными государствами, что позволяет их руководителям сосредоточиться на решении других проблем - как национальных, так и в сфере мировой экономики и мировой политики. "От уровня обеспечения стратегической стабильности, - пишет Кокошин, - напрямую зависит возможность демократизации межгосударственных отношений и мирополитической системы в целом".

Главным аспектом стабильности в книге названо "наличие некоего потенциального барьера, преодоление которого в результате внешних возмущений означало бы переход военно-стратегической "суперсистемы" в новое качественное состояние - от взаимодействий, характерных для мирного времени, к взаимодействию, определяемому принципиально отличной военной логикой - логикой, ведущей к ядерной войне".

По мнению автора, понятия "равновесие" и "стабильность" изначально были тождественны и отражали по сути одно и то же состояние стратегического соотношения сил. Но в первой половине 1970-х годов они стали расходиться в своем значении. Тогда, поясним, проявилось отставание СССР от США в переходе от моноблочных ракет к носителям с разделяющимися головными частями с индивидуальным наведением на цель. Сейчас термин "равновесие" отражает скорее количественные параметры "суперсистемы" стратегических ядерных взаимодействий государств, а понятие "стабильность" характеризует ее качественное содержание.

В современных условиях, с учетом существующего потенциала ракетно-ядерных вооружений, решение задачи поддержания военно-стратегического равновесия, указывает автор, не предполагает обязательного поддержания точного симметричного равенства сил сторон. Это равновесие, вследствие огромной разрушительной силы ядерного оружия, обладает динамическим диапазоном. Правильное понимание его масштабов предоставляет возможность для маневра на переговорах.

В книге отмечается, что в последнее время наблюдается целый комплекс угроз стратегической стабильности, в первую очередь за счет распространения ядерного оружия. Появление новых ядерных государств привело к тому, что стратегическая стабильность зависит не только от отношений между США и Россией, но и от нарушения региональной стабильности. Этот вывод особенно актуален с учетом возможности эскалации региональных конфликтов до ступени использования ядерного оружия (Индия - Пакистан, Израиль - Иран). "Все большую тревогу, - пишет Кокошин, - вызывает и обстановка на Дальнем Востоке в связи с постепенным превращением КНДР в ракетно-ядерное государство".

При этом, как обоснованно отмечается, не снижается актуальность темы поддержания стратегической стабильности в "диадных" отношениях Россия - США. По мнению автора книги, от состояния этих отношений во многом зависит обеспечение политико-военной и военно-стратегической стабильности во всей системе мировой политики. Нашей стране приходится обеспечивать стратегическую стабильность в ее "диадном" измерении (в российско-американских отношениях) в более трудных условиях, чем в советский период. Российский ВВП в 6-7 раз меньше американского, к тому же тревогу вызывает качество нашего ВВП, ведь в нынешней экономике РФ отсутствует по-настоящему инновационная составляющая. Соотношение сил в области обычных вооружений также не в пользу России, особенно если принять во внимание огромное превосходство США в информационно-коммуникационной составляющей военной мощи.

В свете этого оправдана постановка автором книги вопроса относительно логики установок многих американских политиков, включая Барака Обаму, на "безъядерный мир" - их реализация в нынешних условиях ударит по безопасности РФ и чревата утратой нами возможности сохранить реальный суверенитет. Академик Кокошин прогнозирует, что призывы к "безъядерному миру" могут стать "немаловажным фактором мировой политики на ближайшую перспективу, в том числе рычагом воздействия на политику России в ядерной сфере".

Ученый высказывает мнение, что заключение нового договора о СНВ должно базироваться на принципах стратегической стабильности. Это позволило бы еще раз закрепить юридически особый статус России как ядерной сверхдержавы, но подтверждение этого статуса, как подчеркивается в книге, "не должно осуществляться за счет некомпенсируемых уступок Соединенным Штатам".

При любом варианте развития российско-американских отношений, отмечает Кокошин, "парадигма нашего поведения должна быть изменена в соответствии с новыми политико-военными, военно-стратегическими и военно-техническими реальностями". Вопросы обеспечения стратегической стабильности, в том числе мерами асимметричного характера, необходимо рассматривать в новой системе геополитических координат, возникшей за последние 10-12 лет.

Как серьезная проблема в книге рассматривается деятельность международных (трансграничных) экстремистских организаций, использующих террористические методы. Эти структуры стремятся получить доступ к ядерным боезарядам для новых террористических актов - еще более разрушительных, чем в США 11 сентября 2001 года. Автор в связи с этим указывает, что в "ядерную подсистему" мировой политики вторгается другой тип акторов современной мирополитической системы, которые радикально отличаются от государств-наций, пока еще сохраняющих монополию на ядерное оружие. И реальностью нашего времени является то, что по отношению к негосударственным экстремистским организациям, особенно сетевого типа, традиционное "сдерживание через устрашение" не является эффективным.

Большой интерес представляют в книге размышления о новой конфигурации Стратегических ядерных сил России, контурах системы "предъядерного сдерживания", проблемах ограничения противолодочной борьбы, взаимосвязи между стратегическими наступательными и стратегическими оборонительными вооружениями. Автор в рамках допустимого для открытой печати представляет свое видение некоторых возможных мер по укреплению боевой устойчивости Стратегических ядерных сил РФ, повышению их эффективности.

В условиях гигантского превосходства США и их основных союзников в силах общего назначения и способности использовать их в любых районах мира России, как подчеркивается в книге, приходится в еще большей мере, чем прежде, полагаться на ядерное сдерживание, что выдвигает задачу обеспечить его убедительность. Как отмечается автором, "необходимы глубоко продуманные комплексные и многоходовые "стратегические жесты". Это должен быть не "чистый пиар", а тщательно выверенные действия, опирающиеся на реальные научно-технические и оперативно-стратегические возможности нашей страны, иначе можно лишь нанести ущерб "оборонному имиджу" России..."

"В наиболее обобщенном выражении, - пишет Кокошин, - в основе стратегической стабильности лежит неспособность каждой из сторон нанести такой упреждающий удар (или удар в назначенное время), который вывел бы из строя если не все, то подавляющую часть ядерных сил и средств другой стороны, которые могут быть использованы в ответном ударе возмездия".

В связи с необходимостью сохранять способность к нанесению ответно-встречного и встречного удара Кокошин подчеркивает роль систем предупреждения о ракетном нападении и быстродействия системы боевого управления СЯС (при важности сохранения всех механизмов предотвращения случайного и несанкционированного применения ядерного оружия). Указывается, что для обладания возможностью нанесения встречного удара требуется также высокоэффективная система разведки - как технической, так и агентурной. Это, безусловно, предполагает исключительно высокий уровень доверия высшего государственного руководства к своей разведке, что, к сожалению, редко случается в мировой истории.

Уповать только на ядерное сдерживание в кризисных ситуациях, по мнению Кокошина, контрпродуктивно. Это обуславливает необходимость развития на новейшей основе и с учетом наших национальных возможностей и традиций сил общего назначения, а также системы "предъядерного сдерживания" (в ее основе - "убедительная угроза применения высокоточного дальнобойного носителя с боезарядом в обычном оснащении"). В развитие своих прежних работ автор формулирует требования к системе "предъядерного (безъядерного) сдерживания", рассматривает возможные варианты ее использования в кризисных ситуациях.

В книге обращается внимание на воздействие на стратегическую стабильность со стороны неядерных вооружений, новых способов и форм ведения боевых действий, дисбалансов в силах общего назначения. Ныне здесь наблюдается много нового: наметилась тенденция "диспергирования" (рассредоточения) боевых порядков, ведения многоочаговых боевых действий, возрастания роли радиоэлектронной борьбы, средств тактической, оперативной и стратегической мобильности, роботизации ударных средств. Автор считает, что главной задачей боевых действий является подавление воли противника к сопротивлению, а не физическое уничтожение его живой силы и вооружения. Но это мнение, заметим, пока не стало доминирующим.

Внимания специалистов заслуживают также размышления автора по вопросам предотвращения эскалационного доминирования. В США этой проблематике уделяется самое серьезное внимание с 1960-х годов, когда появилась книга Германа Кана "Об эскалации" (1965 г.). А. Кокошин высказывает предположение, что в какой-то кризисной ситуации Россия может столкнуться с попытками применения принципов эскалационного доминирования со стороны США. Это обусловливает необходимость заранее отработать механизмы урегулирования потенциальных конфликтов. В КНР сегодня настойчиво работают над этими вопросами и теоретики, и практики - применительно к китайско-американским отношениям, в том числе на случай обострения тайваньской проблемы.

Автор обращается и к проблеме тактических и оперативно-тактических боеприпасов и средств их доставки, которые нельзя выводить за скобки формул стратегической стабильности. Эти вопросы в силу ряда причин редко обсуждаются специалистами.

В новой книге академика Кокошина, как и его предыдущих работах, приводится немало интересных фактов из истории "холодной войны" и противостояния двух ядерных сверхдержав. Раскрывается содержание "асимметричного ответа" СССР на "Стратегическую оборонную инициативу" США как пример комплекса мер по обеспечению стратегической стабильности. Внимание читателей привлечет и повествование об истории создания ПРО в нашей стране, столкновении различных точек зрения при разработке новых систем вооружения.

Рассказывается о взглядах Маршала Советского Союза Н.В. Огаркова, который, находясь на посту начальника Генерального штаба (1977-1984 гг.), одним из первых осознал необходимость новых подходов в военном строительстве в связи с очередным этапом научно-технической революции. Он отдавал приоритет наращиванию усилий в области средств связи и боевого управления, "умного оружия", но не получил поддержки. Маршал был против поддержания количественного равенства по боезарядам на межконтинентальных носителях и считал допустимым для СССР иметь такой потенциал, при котором можно было бы выдержать упреждающий удар и нанести неприемлемый для США ущерб в ответном ударе.

Интересны экскурсы автора в историю, когда он ведет речь о совершенствовании структуры и состава российских СЯС и укреплении их боевой устойчивости. Рассказывается о малоизвестных широкому читателю системах ракетных вооружений, не принятых на вооружение в 1980-е годы. Это и подвижные грунтовые комплексы с жидкостными и твердотопливными МБР, и комплексы с баллистическими ракетами воздушного запуска. Словом, потенциальных асимметричных ответов на ПРО США у нашей страны было (и остается) немало.

Книга академика А.А. Кокошина будет, как представляется, полезна как специалистам, так и широкому кругу читателей - и не только из числа офицеров и преподавателей военных вузов.

 

13.09.2009

Николай Троянов

Красная звезда

http://nuclearno.ru/?id=13981

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован